В исследовании проспективно наблюдали 171 здорового взрослого до и после мРНК-вакцинации против SARS-CoV-2. Оценивали фекальную микробиоту, оральную температуру и серологические маркеры.
Риск лихорадки коррелировал с низкоинтенсивным кишечным воспалением, большей долей жгутиковых бактерий семейства Lachnospiraceae и более высокой экспрессией флагеллина ещё до прививки. Сама лихорадка почти не меняла состав микробиоты: различия были и до, и после вакцинации.
Микробиота доноров с выраженной лихорадкой сильнее индуцировала воспаление в органоидах толстой кишки человека. После трансплантации стерильным мышам она усиливала реакцию на вакцину, и этот эффект зависел от распознавания бактериального флагеллина. Фенотип флагеллина и реакции мышей удавалось менять диетой. У людей риск лихорадки также был связан с самооценкой рациона и метаболическими маркерами.
Авторы не показали, что флагеллин, воспаление и диета меняют антительный ответ на вакцину. То есть воспалительная реакция и иммунная защита в этих данных разошлись.
Ограничения существенные. Это не рандомизированное вмешательство у людей, а наблюдательная когорта плюс механистические модели. Выборка — здоровые взрослые и одна платформа вакцин. На детей, пожилых, иммунокомпрометированных и другие вакцины выводы не переносятся. Диета у людей оценена по самоотчёту, а не в контролируемом испытании. Причинность для человека остаётся гипотезой, хотя у мышей микробиота действительно меняла реакцию.